Александр Невский
 

3. Митрополии вне Киева

Киевская митрополия, являвшаяся центром церковной организации Руси, не была единственной митрополией в этой стране. Есть свидетельства о существовании в XI в. митрополичьих кафедр и в двух других городах — Чернигове и Переяславле.

О митрополии в Переяславле Южном мы имеем несколько указаний в источниках. Так, в Несторовом Житии. Феодосия Печерского в Успенском сборнике XII в. в рассказе о Ефреме-скопце говорится, что после возвращения его из Константинополя на Русь он «поставлен бысть митрополитомь в городе Переяславли»1. Это произошло после того, как Никон Печерский в третий раз ушел из Киева в Тмутаракань (1073), но до его возвращения в 1077 г.

В Повести временных лет под 1089 (6597) годом сообщается об освящении в Переяславле церкви св. Михаила Ефремом, «митрополитом тоя церкви», причем в старшем Лаврентьевском списке далее содержится объяснение: «...бе бо преже в Переяславли митрополья», а в Радзивилловском и Академическом эти слова опущены, но вместо них вставлено указание, что церковь св Михаила — «переяславская»2.

Наконец, на существование митрополии в Переяславле указывает сохранившееся послание некоего митрополита или епископа русского Льва на греческом языке об опресноках и других отклонениях «латинян» в церковных обычаях и догматике. В старшем списке XIII в. и некоторых других это послание имеет заглавие «Благочестивого Льва (Леона), митрополита Переяславля на Руси, о том, чтобы не употреблять опресноков»3, которое также свидетельствует о существовании Переяславской митрополии.

Указание Лаврентьевской летописи на то, что в Переяславле прежде была митрополия, и отсутствие летописных известий о Киевской митрополии до 1037 г. привело некоторых исследователей к мнению, что до учреждения митрополии в Киеве церковный центр Руси находился в Переяславле и лишь в 1030-х годах был перенесен в Киевскую Софию4. Это построение оспаривалось уже в XIX в.5. По мнению Голубинского, в XI в. переяславский митрополит только носил этот титул, т. е. был им титулярно, но не обладал его правами, так как одновременно с ним был митрополит в Киеве6.

Другое объяснение летописному свидетельству и титулу дал Приселков, который предположил, что митрополия в Переяславле была учреждена заново вместо Киевской, закрытой из-за резкого разрыва князя Святослава Ярославича с Византией, и существовала в 1074—1078 гг.7. Однако такое объяснение также не основано на источниках, исследователь преувеличивает конфликт с Византией, который возник в связи с борьбой между Ярославичами после 1073 г., и отсутствие сведений о Киевской митрополии в летописи не дает основания видеть в этом свидетельство возможности закрытия Киевской митрополии по желанию Константинополя.

Вместе с тем Приселков справедливо связал со временем существования митрополии в Переяславле в 1070-х годах «Послание Льва к латинянам об опресноках», которое исследователями датировалось рубежом X—XI вв., еще до разделения церквей, и относилось к легендарному митрополиту киевскому Леону8. На основании того, что в Послании использованы сочинения византийских полемистов XI в., писавших после 1054 г., это мнение поддержал и аргументировал Поппэ9.

Возникновение митрополии в Переяславле можно относить ко времени после 1072 г., ибо в сообщениях и Повести временных лет, и Жития Феодосия Печерского принимавший участие в акте перенесения мощей Бориса и Глеба в Вышгороде переяславский иерарх Петр назван еще епископом10. Возможно, что Лев (Леон) был первым митрополитом переяславским после епископа Петра, упоминаемого в 1072 г.11, и Николая, названного в Послании Симона к Поликарпу прежде Ефрема.

Этот титул сохранялся, вероятно, не только до рубежа 1080—1090-х годов, но и до смерти сменившего его Ефрема. Упоминаемый следующим Симеон в 1101 г. при Владимире Мономахе называется епископом12.

Несомненно, свидетельство о существовании митрополии в Чернигове содержится в Житии Феодосия Печерского. Здесь среди участников вышгородского церковного празднования 1072 г. назван митрополит черниговский Неофит13. Повесть говорит о «другом» (т. е. втором) митрополите наряду с киевским и употребляет форму «митрополита», в двойственном числе, что является свидетельством того, что черниговский иерарх носил в это время высший церковный титул, возможный на Руси. В Повести временных лет в этом сообщении черниговский иерарх вообще не упоминается, но в летописях, восходящих к Новгородско-Софийскому своду (Софийская I, Воскресенская и др.), интересующее нас сведение также есть14.

Признание за двумя епископами митрополичьего титула со стороны Константинополя должно было получить отражение и в византийских документах. Если соответствующие патриаршие и императорские акты не сохранились, то в списках кафедр, переписывавшихся и распространявшихся и вне Константинополя, и перерабатывавшихся неоднократно, такие сведения есть. На одно из них, упоминание среди митроплий в списке 1080-х годов Чернигова, обратил внимание Поппэ15. Это Куаленовский список 211 XII в., который кроме митрополии «ὁ Ῥωσίας» на 62-м месте упоминает также на 72-м месте «ὁ Μαυροκάστρου ἤτοι Νέας Ῥωσίας», т. е. «(митрополия) Маврокастрона, то есть Новой Руси»16. Как удалось определить на основании датировки соседних кафедр Василайона, Дристра и Назианза, учреждение этой митрополии следует относить к 1059—1071 гг. Таким образом, есть основание считать, что «Черный город в Новой Руси» — не что иное, как Чернигов в левобережье Днепра17. То, что греки переводили русские названия городов такого типа, известно по следующим упоминаниям в аналогичном перечне русских епископий XIII в. (Нотиция 17 по Даррузесу): «τό Ασπροκάστρον τό μέγα πλησίου τοῦ Κιέβου» (Аспрокастрон= Белгород, очень близко от Киева) и «ὀ Ἅγιος Γεώργιος еἰς τὸν Ῥῶσιν ποταμόν» (Св. Георгий = Юрьев на реке Роси)18.

Что касается упоминания Переяславской митрополии, то оно встречается в перечнях чаще, чем Черниговской. В Перечне митрополий XII в. (Нотиция 11) митрополия «ἠ Πρεσθλάβα» вставлена между номерами 77 «τὸ Ῥούσιον» (Русион на византийской границе с Болгарией, ставший митрополией между 1068 и 1082 гг.) и 78 Лакедемония (т. е. Спарта), которая стала митрополией в 1081/82 г.19. В двух списках этого перечня, Афинском 1429 и Ватиканском 829, содержатся дополнительные указания на то, что эта «Преслава» находится на Руси20, очевидно для того, чтобы не смешивать ее с бывшей болгарской столицей Преславом, которая в XI в. после византийского завоевания уже не была церковно-политическим центром. Можно предполагать, что указанное дополнение в двух списках принадлежит более позднему времени, так как, отождествляя эту «Преславу» с Русью, редактор вместе с тем опускает упоминание самой «ἠ Ῥωσία» на 62-м месте (и Алании на 63-м месте)21. Такая особенность двух списков могла бы подтвердить приведенное выше мнение Приселкова о возникновении митрополии в Переяславле в 1070-х годах после закрытия ее в Киеве, однако для него слишком мало оснований — митрополия ἠ Ῥωσία продолжает упоминаться наряду с «Преславой» в остальных 11 списках «Нотации 11», 11 списках «Нотации 12» и в одном списке «Нотации 15».

В 11 списках «Нотации 12» времен Мануила Комнина (1143—1180) ἠ Ῥωσία Πρεσθλάβα (Русь Преслава) также вставлена без номера между теми же упоминаниями Русиона и Лакедемонии при сохранении на 60-м месте митрополии ἠ Ῥωσία22.

Возникновение двух митрополий наряду с Киевом может быть объяснено политической ситуацией, сложившейся на Руси в XI в. Л. Мюллер связывает Черниговскую митрополию с разделением Руси между Ярославом и Мстиславом в 1026—1036 гг.23 по р. Днепру. Действительно, Мстислав Владимирович начал строить Спасо-Преображенский собор в Чернигове, но ко времени его смерти в 1036 г. он не был окончен. Однако это была, конечно, не единственная церковь в Чернигове. Кафедра могла находиться первоначально в деревянном соборе, как в Киеве и Новгороде. Все же начало строительства каменного собора незадолго до смерти Мстислава (в 1034—1035 гг.?) позволяет относить именно к этому времени изменения в церковно-политическом положении столицы княжества, создание епископской кафедры или митрополии.

Однако больше оснований связывать с деятельностью Мстислава только учреждение епископии в Чернигове, а следующий акт — присвоение ей титула митрополии — относить к разделению политической власти Руси между сыновьями Ярослава после его смерти в 1054 г., когда Чернигов получил Святослав, а Переяславль — Всеволод. Это мнение было высказано Приселковым в работе 1939 г.: он пишет о разделении единой русской митрополии на три после смерти Ярослава и объясняет его содействием Византии24. Такое мнение поддержал и Поппэ25.

Действительно, учреждение обеих новых митрополичьих кафедр хорошо ложится в политическую структуру Руси третьей четверти XI в. во время княжеского триумвирата Ярославичей. Под властью Святослава оказалась огромная территория — от Чернигова на западе до Рязани и Мурома на востоке, включая и землю вятичей и Тмутараканское княжество. Всеволод осуществлял власть не только над южной, пограничной со степью территорией левобережья, но и над Суздальским и Белозерским краями. Наконец, старший Изяслав наряду с Киевом и всей Юго-Западной Русью владел Новгородом. Этими условиями и может быть объяснен уникальный для истории Руси феномен существования трех митрополий в столицах трех братьев-князей. Церковно-административное равенство их столиц, одинаковое подчинение общецерковному центру должно было подчеркивать их внутриполитическое равенство. Поскольку, однако, учреждение новых митрополий было прерогативой Константинополя, вероятно, церковно-политическая децентрализация Руси не противоречила его интересам. Все же активное отношение к дроблению церковной власти на Руси со стороны Византии преувеличивать нет оснований. Инициатива здесь принадлежала, вероятно, Святославу и Всеволоду. Политические условия, тяжелое внутреннее положение империи, церковный раскол с Римом наряду с внешним натиском со стороны печенегов и узов способствовали тому, что Константинополь вынужден был пойти на удовлетворение требования русских князей, тем более что Всеволод по браку был связан с императорским домом Константина IX Мономаха, умершего в 1055 г., Зои и Феодоры.

Однако разделение территории Руси между тремя братьями оказалось временным. Вокняжение Святослава в Киеве в 1073 г. и затем смерть его в 1076 г., приведшие к объединению Чернигова и Переяславля в руках Всеволода, и, наконец, новое объединение всех трех частей Русской земли Всеволодом после смерти Изяслава в 1078 г. сделали существование трех митрополий потерявшим смысл, и Константинополь в лице патриарха Николая III Грамматика и императоров его времени вновь пошел навстречу пожеланиям Всеволода. Вероятно, митрополии были закрыты в 1080-х годах, после того как ушли из жизни носители соответствующих титулов. Сменивший Неофита черниговский епископ Иоанн в летописных сообщениях 1088—1091 гг.26 уже не носит митрополичьего титула; Ефрем Переяславский именуется митрополитом в 1089 г., но упоминается среди епископов в 1091 г., правда, он занимает в этом перечне первое место, так что можно думать, что он был последним переяславским иерархом, носившим такой титул.

Загадочным является, однако, разновременность возникновения обеих митрополий, что находит выражение не только в русском свидетельстве в 1072 г., но и в различной археографической традиции византийских перечней, упоминающих «Преславу» и «Маврокастрон», — как было сказано, в одних и тех же рукописях обе кафедры не упоминаются.

Завершая рассмотрение вопроса о двух новых русских митрополиях второй половины XI в., нужно обратить внимание на их статус сравнительно с Киевской. Последней административно были подчинены епископии в Новгороде, Белгороде, Турове, Полоцке, Юрьеве. Были ли епископии в подчинении Чернигова и Переяславля, или эти новые митрополии оставались титулярными, как считает Поппэ? То есть были ли они митрополиями только по титулу, по названию, без нормальных функций митрополичьей кафедры, осуществлявшей обычно административное управление и судебный надзор над подчиненными епископиями?

На территории Переяславской митрополичьей епархии была основана Ростовская епископии, как было показано, скорее всего в 1072—1073 гг., после восстания 1071 г. А это как раз начальное время, к которому можно отнести деятельность митрополита переяславского Ефрема. И позднее, как было сказано, Ефрем оказывал внимание Суздалю, основав там церковь и снабдив монастырский двор селами. Такое внимание может быть объяснено не только отсутствием в Ростове епископии и церковным подчинением Суздаля поэтому непосредственно Переяславлю, но и заботой митрополита о церквах своей Ростовской епархии. Хотя для того, чтобы вслед за Приселковым считать, что ростовская кафедра была закрыта в конце XI в., у нас недостаточно данных, это предположение могло бы найти объяснение также в том, что Киев не признал основания новой кафедры переяславским митрополитом и, получив ее, вновь объединил ее с Переяславской епархией, пониженной до статуса епископии.

О существовании епископских кафедр в подчинении Черниговской митрополии сведений нет, что позволяет считать ее только титулярной.

Возможно, что длительное существование двух новых митрополий при соответствующих политических условиях и сохранение в Чернигове и Переяславле княжеских династий потомков Святослава и Всеволода могло привести к закреплению такого церковно-административного деления, соответствующего политическому членению. Следствием этого могло быть не только политическое разделение Руси на несколько самостоятельных государств, но и прецедент для дальнейшего выделения новых митрополий, как это стремился сделать для Владимира Суздальского Андрей Боголюбский. Однако условия Руси второй половины XI в. не способствовали такой тенденции.

Примечания

1. Успенский сборник. С. 86.

2. ПСРЛ. Т. I. Стб. 208, сн. М, 47. В таком же измененном виде содержится это сообщение в Ипатьевской летописи, причем в Хлебниковском списке сохранились следы исправления «митрополитом» на «епископом» (Там же. Т. 2. Стб. 200, сн. 39).

3. Τοῦ θεοφιλιστάτου Λέοντος μητροπολίτου τῆς ἐν Ῥωσία Πρεσθλάβας περί τοῦ ὅτι οὐ δεῖ τελεῖσθαι τὰ ἄζυμα (РИБ. Пг., 1920. Т. 36, вып. 1. С. 74).

4. Максимович М.А. Собрание сочинений. Киев, 1877. Т. 2. С. 326; Филарет (Гумилевский). История русской церкви. М., 1848. Т. 1. С. 164; Макарий (Булгаков История русской церкви. 3-е изд. СПб., 1889. Т. 1. С. 35—36; Т. 2. С. 12—13; Голубинский Е.Е. Указ. соч Т. 1, 1-я пол. С. 287, 328—329, 685; Пархоменко В. Церковно-историческое значение Переяслава // Тр. Полтавской ученой архивной комиссии. Полтава, 1907. Вып. 4; Греков Б.Д. Киевская Русь. [6-е изд.] М., 1953. С. 139; Мошин В. А. Послание русского митрополита Леона об опресноках в Охридской рукописи // Byzantinoslavica. Praha, 1963. T. 24. С. 87—105; Фроянов И.Я. Церковно-монастырское землевладение и хозяйство на Руси XI—XII вв. // Проблемы общественной и всеобщей истории: Сб. статей. Л., 1973. Вып. 2. С. 94; Он же. Киевская Русь. Л., 1974. С. 86.

5. Лебединцев П.Г. Где жили киевские митрополиты — в Переяславле или в Киеве? // Киевская старина. 1885. Янв. Т. II. С. 177—182.

6. Голубинский Е.Е. Указ. соч Т. 1, 1-я пол. С. 329.

7. Приселков М. Д. Очерки... С. 132—133, 140.

8. Попов А. Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений против латинян (XI—XV вв.). М., 1875. С. 27—45; Павлов Л.С. Критические опыты по истории древней греческо-русской полемики против латинян. СПб., 1878. С. 29—39; Голубинский Е.Е. Указ. соч Т. 1, 1-я пол. С. 282; см. также: Мошин В.А. Указ. соч. С. 87—105.

9. Poppe A. Le traité des azymes Λέοντος μητροπολίτου τῆς ἐν Ῥωσία Πρεσθλάβας: quand, oú et par qui a-t-il été écrit? // Byzantion. Bruxelles. 1965. T. 35. P. 504—527.

10. Успенский сборник. С. 62; ПВЛ. Ч. 1. С. 121.

11. Приселков М.Д. Очерки. С. 227.

12. ДКУ. М., 1976. С. 146.

13. «И совокупивъше ся вься братия Изяслав, Святослав и Всеволод, митрополит Георгий кыевьскый и другый Неофит чьрниговьскый, и епископ Петр переяславьский и по сих митрополита (1) и епискупи. с ракою идяху» (Успенский сборник. С. 62).

14. ПСРЛ. СПб., 1851. Т. 5. С. 146; Л., 1925.. Т. 5, вып. 1. С. 142; Т. 7. С. 341.

15. Поппэ А.В. Русские митрополии Константинопольской патриархии в XI столетии // ВВ. М., 1968. Т. 28. С. 98—102 (фото Куаленовского списка).

16. Там же. С. 99 (фото Куаленовского списка); Darrouzès J. Op. cit. P. 344 (список М).

17. Поппэ А, Русские митрополии... С. 98—102.

18. Darrouzès J. Op. cit. P. 403.

19. Beck H. G. Kirche und theologische Literatur im Byzantinischen Reich. München, 1959. S. 174, 179.

20. «Πρεσκλάβα ήτοι 'Ρωσία» (Афинский список); «Πρεσκλάβα ήτοι ’Ρωσίου» (Ватиканский список).

21. Darrouzès J. Op. cit. 343. № 62—63.

22. Ibid. P. 349—350. То же в списке L (Reginensis 57) «Нотиции 15» (Там же, p. 381—382). В Афонском Дионисиевском списке эта Русь называется ἠ μεγἀλη Ῥωσία, т. е. «Великая Русь» в отличие от «Малой Руси».

23. Müller L. Zum Problem des hierarchischen Status und jurisdiktionellen Abhändigkeit der russischen Kirche vor 1039. Köln; Braunsfeld, 1959 (Osteuropa und der deutsche Osten, III. 6), S. 24.

24. Приселков М.Д. Русско-византийские отношения в IX—XII вв. // ВДИ. 1939. № 3. С. 104—105.

25. Поппэ А. Русские митрополии... С. 97—103.

26. ПВЛ. Ч. 1. С. 137—139.

 
© 2004—2021 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика